В Ярославле открывают школу деми-классики

5 годов назад танцовщик из солнечного Ташкента Андрей Глебов приехал совместно с семьёй на Ярославскую землю, чтоб сделать новейшую танцевальную школу. До настоящего времени он остается единственным в области педагогом такового редчайшего направления, как деми-классика.

— Деми-классика — что же все-таки это такое?

— Деми-классика стопроцентно опирается на традиционную балетную школу, но перекликается с другими танцевальными стилями: джаз, современный танец, народный танец. Элементы в собственной базе остаются как в традиционном балете, но они могут видоизменяться и существенно отклоняться от традиционных канонов, допускается импровизация, как в танцевальных элементах, так и в музыке и костюмчиках.

— Андрей, почему вы увлеклись конкретно этим направлением?

— Всё просто — я ученик собственного учителя. В Ташкенте был таковой коллектив при доме культуры завода электрической техники. 40 лет им управлял профессиональный хореограф Ислам Исмаилов. В Русском Союзе наш ансамбль был очень популярен. В Узбекистане нас приглашали на все правительственные концерты. К примеру, Исмаилов ставил детский номер на открытие Фестиваля молодёжи и студентов в Москве в 85-м году, открытие и закрытие малых Олимпийских игр в Сирии.

Естественно, Исмаилов не был родоначальником этого направления. Параллельно отклонение от классики в балете происходило и в Европе и Америке. Кстати, в Русском Союзе школа Исмаилова причислялась к эстрадным танцам. Только пару лет вспять на одном из танцевальных конкурсов мы с супругой узнали от солиста ансамбля Игоря Моисеева, что наше направление именуется деми-классика и на конкурсах традиционного танца выделяется в отдельную номинацию. Увлёкся ещё в детстве

— Как танец стал вашим увлечением?

— В 72-м году, когда я пришёл в коллектив Исмаилова, мне было девять лет, и я плохо помню этот момент. Но отлично помню, что всегда обожал глядеть балет по телеку, ещё с садика. Может быть, на любовь к танцам, к сцене воздействовало и то, что одно время моя семья жила в бараках во дворе строения театра оперетты. По вечерам, после окончания представления вся жизнь актёров переносилась во двор. Это Ташкент — солнце, жара. Во дворе и ели, и пели, и плясали. Танец одолел физику

— В подростковом возрасте занятия традиционными танцами помогали либо мешали? Не хотелось всё кинуть?

— Нет, кинуть даже мысли не было. Неважно какая серьёзная танцевальная школа воспитывает целеустремлённость, трудолюбие, собранность. Потому многие в нашем коллективе наряду с танцами добивались фурроров и в других сферах. Я всерьёз занимался физикой. По окончании Ташкентского муниципального института в 20 восемь лет защитил кандидатскую диссертацию. Но когда пришлось все-же выбирать, я без сожаления оставил физику.

— Со собственной женой вы тоже в коллективе Исмаилова познакомились?

— Нет. Лену я сам привел в ансамбль. Когда мы познакомились, ей было семнадцать лет, она приехала в Ташкент из Рыбинска, поступать на модельера-конструктора. В таком возрасте уже поздно начинать заниматься танцами, но у неё вышло стать прелестной артисткой и преподавателем. Наследство учителя

— Почему всё-таки переехали из Ташкента в Ярославль?

— Мы уезжали преднамеренно, чтоб сохранить школу Исмаилова, его блестящие номера, и сделать что-то своё. Длительно к этому готовились. В 90-е годы из Ташкента многие уезжали. Ислам Ибрагимович благословил нас с Леной на переезд, но. думаю, и сам колебался, что у нас что-то получится. 1-ые два года мы жили в Рыбинске, работали в домах культуры. А три года вспять переехали в Ярославль, стали преподавать деми-классику в детской школе искусств имени Л.В. Собинова. На данный момент мы исключительно в начале пути. Для того, чтоб ставить серьёзные, взрослые для этой школы номера — необходимо 10 лет обучения. Нашим воспитанникам от 5 до одиннадцати лет, но судя по тому, с каким упорством они репетируют, мы идём в правильном направлении.

— Ваша дочь Анастасия продолжает семейную традицию, выступает на многих концертах, в конкурсах. Не хотелось сделать домашний номер?

— В 2005 году мы с Леной ушли со сцены. Последний раз плясали в Ташкенте. Насте на данный момент 20 лет, это её время. Танец, как и спорт, — удел юных. Изредка кому удаётся дотанцевать до сорока, нужна большая физическая выносливость. Есть история о том, как один узнаваемый астронавт, лицезрев репетиции артистов балета Огромного театра, произнес, что после чего тренировки астронавтов кажутся ему не самыми сложными. Потому пусть пляшут юные и сильные, а у нас на данный момент другая задачка — сделать свою школу.

Досье:

Андрей ГЛЕБОВ, хореограф. Родился 4 февраля 1963 года в Ташк

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *