Музыка

Есть только два вида музыки: хорошая и плохая.

Дюк Эллингтон

Без музыки жизнь была бы ошибкой.

Ницше

У каждой культуры своя музыка. Музыка — это человеческая универсалия, оказывающая глубокое воздействие на культурные миры. В настоящей главе я буду рассматривать главным образом чувственные аспекты клубной музыки, ее кинестетический и эмоциональный динамизм, позволяющий объединять массы людей и служить основой страстных и интенсивных социальных переживаний. Звуковое сопровождение клаббинга эклектично и изо-бретательно. Каждый музыкальный стиль — от возвышенных гимнов хауса, через тустеп-гараж до вычурных азиатских мелодий и чистой ритмической энергии драм-н-бейса — вносит в опыт клаббинга тонкие нюансы. Чувственный потенциал музыки реализуется через динамизм извивающейся толпы. Способность музыки объединять людей и радикальным образом изменять социальную и эмоциональную атмосферу клубов поистине приводит в трепет. Впечатляет и то, что она может действовать как своего рода акустический адреналин, постоянно подзаряжающий ночь. В качестве примера приведу запись из своего дневника.

Пять часов утра. Вечеринка затухает. На танцполе всего несколько человек, все остальные вырубились или отдыхают. Вдруг ди-джей меняет пластинку и включает техно. Люди во-круг танцплощадки оживляются, танцующие подстраиваются под темп, и вот уже в зал со свистом влетают людские тела — мы вновь начинаем отрываться. Очередное затишье. Семь тридцать утра. Все выглядят опустошенными. Ди-джей снова меняет тему. Я не особенно надеюсь на оживление, но ошибаюсь. На этот раз играет сочный фанк, народ опять приходит в движение — мы улетаем. Наконец выбираюсь наружу — уже десять часов. Голова немного затуманилась от амфетамина и экстази, но без музыки одни лишь наркотики не смогли бы удержать меня на ногах.

С. Торнтон в Club Cultures [Thornton S. 1995] исследует музыку как форму субкультурного капитала. Данный подход сводит ее к набору знаков и символов, используемых в качестве альтернативной формы культурного знания. Такова музыка, если ее считать модой, «отличительным признаком», способом демонстрации «продвинутости» (если пользоваться терминологией Торнтон).

В своей крайней форме данный подход приближа-ется к взгляду на музыку всезнайки, а мои информанты в основном отрицательно воспринимали такую позицию. Вот что сказал на этот счет один из них:

Мне не нравятся такие хардкор-техно-вечеринки, на которых полно зевающих типов, бурчащих что-нибудь вроде: «Да, знакомая тема, вялый ремикс на Деррика Мэя», и тому подобное занудное дерьмо. Я ненавижу, когда люди чересчур придираются к музыке. Тогда они не могут просто расслабиться и дать волю чувствам, а стараются различить какой-нибудь сэмпл или угадать лейбл, чтобы продемонстрировать свои никчемные путаные музыкальные познания (мужчина, 32 года, четырнадцать лет опыта).

Итак, хотя музыка действительно создает особые формы субкультурного капитала, это не единственная и даже не главная ее роль в клаббинге. Для того чтобы по-настоящему понять связь между музыкой и клубами, нам следует вернуться к понятию чувственной системы координат, которое мы начали обсуждать в предыдущей главе, и иследовать, каким образом музыка воздействует на эту систему, порождая эйфорию и напряженность клаббинга, которые объединяют толпу, изменяют характер восприятия людьми друг друга и ночи в целом. Данный аспект музыки является прямым следствием ее способности находить воплощение в толпе людей и оказывать глубокое воздействие на их эмоциональные состояния.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *